12+
EURUSD19/0975.03-0.1622
EUREUR19/0988.960.3265
г. Валуйки

  • ОНИ ЛЕЖАТ В ЗЕМЛЕ ДАЛЕКОЙ

    2015-06-0316550

     В 1975 году мы, учащиеся Мандровской восьмилетней школы, решили по-особому отметить 30-летие Победы. На каждом доме, где живёт ветеран, прибить красную звёзду, а там, где живёт семья не пришедшего с войны, — такую же звёздочку, но только с чёрной окантовкой. По-детски думали, что наша инициатива вызовет радость в этих домах. Только я до сих пор помню, какой бабий вдовий вой стоял по нашей Касёновке…

     В числе тех, кто оплакивал не только погибшего, но и свою погубленную жизнь, была и моя бабушка Александра Егоровна Касенкова. С высоты прожитых лет понимаю, что пережили солдатские вдовы. Сначала она стала вдовой в 23 года, когда умер мой дедушка. Потом из Насоново пошла на двоих детей со своим ребёнком, моей мамой, в Курганку — вышла замуж за вдовца Ефима Ивановича Касенкова.

     В 1941-м родился мой дядя Виктор, для большой семьи строили новый дом. 22 июня начали его всем миром, как принято в деревне, обмазывать. Пока не прибежал почтальон с вестью о начале войны. Так потом всю войну и простоял дом без крыши. Жили в жуткой нищете. Немец, зашедший зимой 1942-го, стал укладывать телёнка, который был там же, в закутке, на кровать. Смеялся: дескать, живёте не лучше животных.

     Бабушкин муж не вернулся с фронта — был разведчиком, пропал без вести в марте 1943 года под Старой Руссой. От советского государства она получала пособие. Пережила трёх сыновей — двоих приёмных и родного, 1941 года рождения. Он погиб в шахте на Донбассе в 1984 году.

     На мемориальных плитах в Мандрово, где выбиты имена всех погибших в Великую Отечественную войну жителей Мандрова, Касёновки (Курганки) и Ватутино (Чепухино), больше всего именно Касенковых. И мы почти все родственники — дальние или совсем близкие. Там есть отцы и сыновья, братья. Например, сразу три сына — Кузьма, Павел и Филипп — не возвратились к своим родителям, и два брата — Захаровичи — совсем юные. И отец Павел Ефимович с сыном Иваном. Это двоюродный брат моего дедушки. Они жили через дорогу от нас. А рядом с ними — брат мой бабушки, Сергей Федосеевич с семьёй. После войны в этих домах остались две вдовы.

     Кстати, очень много мальчиков родилось в 1941 году. Об отцах двоих из них, не возвратившихся с той войны, вспомним сегодня.

     Мои троюродные сестра и брат из Воронежа начали поиск погибших братьев своих бабушки и дедушки. Это Сергей Федосеевич Касенков и Стефан Тихонович Рожненко. Наши родственные переплетения и с тем, и с другим. Ребята нашли данные на сайте Министерства обороны (obd-memorial.ru) и даже съездили на братскую могилу брата своей бабушки Стефана Тихоновича в Беларуси.  Он был старшиной медслужбы 11-й гвардейской армии, умер от ранения в живот 26 июня 1944 года и  был захоронен, как следует из фронтового донесения, «в лесу около деревни Щёки Дубровенского района Витебской области». Теперь в этой деревне только два двора. Но мемориал, где захоронены сотни погибших и  покоится С.Т. Рожненко, ухожен, как и другие 3 тысячи воинских захоронений на территории Беларуси.

     А брат моей бабушки Сергей Федосеевич Касенков погиб 9 сентября 1942 года — «Я убит подо Ржевом в безымянном болоте».  Он был красноармейцем 60-го гвардейского стрелкового полка 20-й гвардейской стрелковой дивизии. 31-я армия, куда входила дивизия, в боях с 4 августа по 15 сентября 1942 года потеряла в этих местах свыше 43 тысяч солдат. Многие до сих пор там лежат в болотах и под деревьями. Но у Сергея Федосеевича было конкретное место захоронения – как следует из донесения о безвозвратных потерях, «150 метров северо-западнее деревни  Вёкшино Зубцовского района Калининской области. Спустя годы его прах вместе с тысячами  других был перенесён в город Зубцов на большой мемориальный комплекс.

     Конечно, никто из родственников никогда до этого не бывал на его могиле — как и на могилах других не вернувшихся с войны односельчан.   Как-то не до того было — голод и нищета, разруха. Да и беда была общая: почти в каждой семье. Горевали всем миром — вдовы и дети.

     И только спустя семь десятилетий мы, в общем-то не прямые родственники, отдали им дань памяти. В мае прошлого года  встретили День Победы на мемориале Славы в Зубцове, куда ежегодно приезжают родственники погибших. А спустя неделю вместе с сыном и одним поисковиком из Подмосковья прошли лесом и болотами к деревне Вёкшино. Она погибла (да-да, именно погибла —  была стёрта с лица земли) во время Ржевской битвы, как и десятки других сёл и деревень, попавших в месиво этого многомесячного жестокого противостояния. Теперь эти места называют урочищами. Мы посидели на окраине села, послушали шум ветра в кронах деревьев…  Эхо войны и спустя столько лет чувствуется даже в природе, потому что здесь бродят души тысяч неупокоенных солдат...

     Лидия КАСЕНКОВА

     

     

    Рубрики:

    Номер:

  • отправить другу
  • распечатать
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить