12+
EURUSD28/0978.671.8518
EUREUR28/0991.481.8153
г. Валуйки

  • «Ты же выжил, солдат…»

    2015-11-1111070

     Об участнике войны Василии Фёдоровиче Девкине Екатерина Рысухина, неутомимый внештатный корреспондент,  говорила не раз: достойный человек, интересная биография, замечательный характер. Благодаря Екатерине Петровне мы познакомились с сыном ветерана, Николаем Васильевичем, который поведал нам об отце. 

     Василий родился в селе Басово в 1912 году, был младшим ребёнком в большой трудолюбивой семье. Два класса отучился в церковно-приходской школе и пошёл работать в колхоз. В конце мая 1941 года, уже будучи главой семьи и отцом двоих детей, был призван в армию. На западной границе рядовой пехоты Девкин встретил начало войны. В бою под Смоленском получил тяжёлое ранение, вылечился и снова  на фронт. Осенью 41 года, когда его часть выходила из окружения, бойцы попали на минное поле. Много товарищей полегло в этот день. Василию «повезло» - он лишился только ноги. Сначала даже не понял, что с ним: «Обмотка цела, а бежать не могу».

      Ступню ему ампутировали, но долечиться не пришлось: наши войска отступали. Тыловые немецкие части, вошедшие в маленький украинский посёлок, зверствовали. Раненых советских бойцов убивали прямо в госпитале. Как он уцелел? Русская женщина, нянечка, спрятала его в чулане, закрыв тряпками, а потом забрала к себе домой. Незажившая рана была в ужасном состоянии, а помочь было некому - госпиталь стал немецким. Но судьба решила пощадить его. Уж какие слова нашла женщина, неизвестно, но немецкий врач, старик, оценив состояние 29-летнего Василия, обыкновенной пилой, без наркоза, ампутировал ему ногу до колена, остановив гангрену.

     Правдами и неправдами ему удалось вернуться в родное село. Он и сам потом удивлялся: как выжил? Как добрался домой? Возможно, костыли сыграли свою роль – инвалида не тронули. До Харькова ехал на открытой площадке последнего вагона, потом так же – до Валуек, полдня сидел «в будочке» (возле нынешней автоколонны), ждал, может, кто поедет в сторону Тимоново. Потом пешком - до родного села, и сердце выпрыгивало: вот он, дом, а подойти к нему страшно: территория-то оккупированная,  хотя «бумага» у него была выправлена.

     Едва жизни не лишился за свой язык. «Был в селе полицай, - рассказывает сын. - Отец сказал ему раз: «Чего ты зверствуешь? Вот наши скоро придут». Тот вспыхнул, карабин направил, только слёзы матери и жены да крики маленьких дочек  Маши и Наташи остановили».

     После освобождения села Василий навсегда отложил костыли и сделал себе из липовой чурки деревянную ногу. Несмотря на то, что образования у него было – два класса церковно-приходской школы, но голова работала отлично, трудолюбия – не занимать. Был водовозом и пчеловодом, фермами заведовал. Стремился жить активно, полноценно. Но всегда страдал оттого, что не удалось ему на фронте Родине послужить, как другие его товарищи.  Уходил с головой в колхозное дело, дорожил доверием товарищей.

      В семье родилось ещё трое детей - Нина, Коля, Вера. Все были дружными, трудолюбивыми, никто никого не давал в обиду. «Отец нас воспитывал словом, - говорит Николай Васильевич. – Руку его помню один раз за всю жизнь – когда мать попросила что-то сделать, а я отказался, вроде как какие-то дела были.

     Мама, Татьяна Демьяновна, умерла рано – в 1959 году. Пятеро детей остались мал мала меньше! И только после её смерти отец решился обратиться в собес за помощью. До этого никаких справок не оформлял, с трудностями справлялся, нас учил быть сильными»

    Василий Фёдорович женился второй раз. Хорошая женщина стала детям не мачехой, а матерью. И после смерти отца Николай Васильевич забрал Марфу Терентьевну, вместе с женой ухаживал за ней и похоронил с почестями.

     Василий Девкин никогда не терял оптимизма, его шутки и байки до сих пор вспоминают басовские старожилы. До конца жизни так и ходил на деревянной ноге, отказавшись от протеза. В селе звали его – Деревяга, а детей – Деревягины.

     У детей всё сложилось хорошо, живут неподалёку друг от друга,  собираются в отцовском доме, вспоминают детство. И Николай Васильевич иногда рассказывает то, что удалось ему когда-то услышать – об отце, о войне, о жизни. «Отец почти никогда не говорил о том, как воевал, как перенёс страшную операцию, как жилось ему во время оккупации. Но я был любопытным, и когда мужчины вспоминали войну, затаивался рядышком». Теперь всё услышанное тогда ему кажется особенно важным. «Это необходимо знать всем нам, - считает он. - Нашим детям и внукам. Мы – Деревягины, и не должны забывать об этом». 

     Галина Долгополова

    Рубрики:

    Номер:

  • отправить другу
  • распечатать
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить