12+
EURUSD25/0977.180.8235
EUREUR25/0989.980.731
г. Валуйки

  • Судьба семьи в судьбе России

    2016-01-138970

     Война… Разве можно забыть события, связанные с этим периодом! Они  перевернули судьбу моей семьи, и не только её одну, а  жизнь многих односельчан.

     Я родом из Храпово, здесь мои корни. Отца мы рано лишились, он погиб на границе с Польшей. В армии  служил пять лет и два месяца. На действительную службу его призвали в сентябре 1939 года. У нас есть семейная фотография, на ней мы все перед уходом отца в армию, я самая младшая из трёх сестёр, мне 9 месяцев, сижу на руках у отца. С фронта он слал письма маме, просил, чтобы она нас, дочерей,  берегла. Хотел иметь  новую фотографию, старая у него истёрлась в кармане гимнастёрки, превратилась почти в труху. Он на каждом привале, между боями доставал её и целовал, при этом плакал. Уже когда Валуйки и весь район освободили от фашистов, почта стала работать нормально, сообщал в письмах, что наши войска гонят фашистов на запад и скоро он будет дома. В одном из треугольных посланий строки: «Гнём фашистам хребет, и пощады им нет! Шлю поклон жене и дочкам».

      В конце ноября 1944 года мы получили похоронку. Когда её принесли, то маму еле привели в чувства, мы тоже плакали. Но она взяла себя в руки и стала нас успокаивать: «Не верьте, папа вернётся, он жив. Скоро будет дома». И мы верили, что так будет, бежали к почтальону и спрашивали про письма, может, придёт весточка от него. Но наступил победный май, а папа не вернулся. Так случилось в жизни, что мне не удалось назвать родным и тёплым словом «папа» ни одного человека – на фронтах сложили головы и отец, и свёкор.

     В  нашем роду  не только мой папа, а ещё шестеро, всего семь человек не вернулись домой с войны, пожалуй, в то время в нашем  сельском совете такой семьи больше не было, чтобы пришло семь похоронок.

     Жестоким катком прошлась Великая Отечественная и по судьбе моего мужа, Андрея Яковлевича Манина. Замуж вышла в Яблоново, в   партизанскую семью. Её глава Яков Абрамович Манин до войны работал председателем сельсовета,  был по тем временам грамотным человеком, активистом советской власти. Когда началась война и стал формироваться партизанский отряд под командованием Тараса Павловича Говорова, Манина также зачислили в отряд. Шли туда добровольно самые идейные, преданные и надёжные люди, и Яков Абрамович был из этой когорты. Партизаны давали клятву, они имели соответствующие документы. Знали, что дело ответственное и опасное: партизан в плен не брали, их пытали, вешали или расстреливали, подвергались также  гонению партизанские семьи. Мой покойный муж Андрей Яковлевич не раз рассказывал о страшном периоде оккупации, с июля 1942 по январь 1943 года. В селе все знали о том, что Яков Абрамович находится в партизанском отряде, и жену Пелагею Фоминичну часто вызывали,  пытали, били, повредили позвоночник. Всю оставшуюся жизнь она ходила согнувшись, а  на плечах  остались следы от плёток, на рёбрах долго сочились раны. Из их дома всё вынесли, сказали, для нужд немецкого госпиталя. Не успела Пелагея Фоминична эвакуироваться с Андреем перед приходом немцев, они дошли со скотом до Дона, а тут им навстречу – немцы, пришлось вернуться назад. Чудом остались в живых, думали, фашисты всех беженцев расстреляют. Жители Новой Симоновки успели скот переправить, а яблоновцы целым обозом отправились – и опоздали. Так и случилось, что Манины остались дома.  До самого освобождения района  они подвергались невероятным испытаниям. У Пелагеи Фоминичны немцы хотели узнать, где скрывается партизанский отряд. Следили за домом, ждали, что  Яков Абрамович ночью придёт сюда. Но он был осторожным, понимал, что его сразу  схватят, никогда не подвергал опасности семью.  Андрею было 13 лет, он помогал отряду как связной, сообщал нужную информацию. Надо сказать, что старший его брат, Иван, тоже был на фронте,  он погиб во время переправы через Днепр, скорое всего, утонул. Пришло известие о том, что он пропал без вести,    в семью Маниных пришло горе, а тут ещё пытки, истязания из-за связи с партизанским отрядом. К слову, Андрею предлагали уехать в Германию, ему обещали дать там   образование и  обеспечить хорошую жизнь, но разве могло его прельстить такое предложение!

     Я хоть и маленькая была (4 года), но  помню кое-что из периода оккупации. Однажды   заболела в январе 1943 года, мама вечером пошла к фельдшеру и взяла лекарство. Напоила меня им, я уснула к утру, мама намаялась со мной  и тоже задремала, проспала утреннюю дойку своей коровы. Пришёл полицай за молоком, а его нет. Он рассердился, ударил ногой по ведру, оно зазвенело, вода разлилась по полу , а мы с сёстрами лежали на печи,  испугались, спрыгнули  на пол и спрятались под кровать. От испуга долго не могли прийти в себя. Маме полицай приказал молоко принести  в комендатуру.

     …Пришёл долгожданный день освобождения 19 января 1943 года. Эту дату Андрей Яковлевич считал вторым днём рождения: если бы не пришли наши, то Маниных немцы или расстреляли, или повесили. 17 января фашисты согнали жителей села на сход, кто пытался уклониться и не принимать участие в  сходе,  считали партизанами и   грозили повесить. На ломаном русском языке людям пообещали хорошую жизнь по немецким законам, избавление от коммунистов. Предупреждали, что всех пособников партизан уничтожат. Были составлены списки жителей для повешения – 12 человек, и первыми в списке стояла семья Маниных. Соорудили виселицу, должны 22 или 23 числа провести карательную операцию. К счастью, раньше этой даты фашистов прогнали,  19 января 1943 года для всех стал поистине святым днём.

     После освобождения от неприятеля Яков Абрамович отправился воевать в действующую армию. Прошёл часть Украины, был тяжело ранен в Днепропетровске. Лечился в госпитале, но не выжил и 15 июля 1944 года умер. В этом городе его похоронили. Мы не раз ездили на его могилу в Днепропетровск.

     Для Андрея Яковлевича все, кто участвовал в освобождении района,   были родными людьми, он всегда  встречался с ними, как только они к нам приезжали в праздничные дни. В семейном архиве муж собрал много документов: газетные вырезки, фотографии, воспоминания партизан, освободителей Валуек – настоящая летопись боевой славы. По фактам, событиям можно восстановить  картину освобождения города в подробностях. Этот архив я нередко перечитываю со слезами на глазах, рассматриваю пожелтевшие фотографии, читаю статьи. И думаю: вот уж поистине – в судьбе семьи отразилась судьба страны, целой эпохи.

     Есть у меня ещё несколько ценных документальных свидетельств прошлого. Это  фронтовые  письма  - треугольнички от свёкра Якова Абрамовича и деверя Ивана Яковлевича Маниных, не вернувшихся с полей сражений. Я  бережно храню эти реликвии.

     В прошлом году нашей победе исполнилось семьдесят лет. Вспомним всех, кто ради неё сложил голову, кто из ветеранов  умер уже в мирные дни, поклонимся их памяти. А тем, кто ещё в гвардейском строю победителей,  - честь и слава по заслугам. Это тем более уместно вспомнить в день освобождения нашего города и района от немецко-фашистских захватчиков. Этого праздника так ждал каждый год мой покойный муж, партизанский связной Андрей Яковлевич Манин! Как бы он радовался тем изменениям, что произошли в Валуйках, ходил бы по красивым улицам, новым площадям и тротуарам… Нынешнее поколение живёт и здравствует благодаря тому, что предки отстояли свободу и независимость родного края. Хочу от имени всей нашей семьи поздравить с праздником жителей города и района, особенно старшее поколение, и пожелать счастья, мира и процветания.

     Мария Афанасьевна Манина

    Рубрики:

    Номер:

  • отправить другу
  • распечатать
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить